Американские чиновники заговорили о возможной связи парацетамола с аутизмом, поставили под сомнение безопасность вакцин — и оставили родителей самостоятельно разбираться, где наука, а где политика.
Несколько недель назад молодая мама спросила свою подругу, молекулярного биолога Авенел Джозеф:
— Может быть, мне перестать давать ребенку Tylenol?
Этот вопрос удивил Джозеф. Американские власти действительно публично заговорили о возможной связи парацетамола — действующего вещества Tylenol — с аутизмом. Но речь шла о приеме препарата во время беременности, а не о лечении уже родившегося ребенка. Кроме того, причинно-следственная связь между лекарством и расстройствами аутистического спектра до сих пор не доказана.
До молодой мамы дошло другое сообщение: привычный препарат, возможно, опасен для детей. Когда подобные предупреждения звучат из Белого дома и федеральных ведомств, уточнения быстро теряются.
Об этом Джозеф, доктор наук в области клеточной и молекулярной биологии и мама троих детей, написала в колонке для Motherly. По ее словам, родителям стало сложно доверять даже медицинским рекомендациям, которые еще недавно не вызывали больших сомнений. Проблема уже не только в блогерах, семейных чатах и роликах из социальных сетей. Научный консенсус публично оспаривают люди, занимающие высшие государственные должности.
В сентябре 2025 года Управление по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных средств США заявило о «возможной связи» между приемом парацетамола во время беременности и аутизмом и начало процедуру изменения маркировки препарата. Американская академия педиатрии назвала прозвучавшие тогда заявления опасными и вводящими родителей в заблуждение. Врачи напомнили, что имеющиеся исследования не позволяют утверждать, будто парацетамол вызывает аутизм.
Спор получил новое продолжение в июле 2026 года: федеральный апелляционный суд вернул на рассмотрение более 500 исков против производителя Tylenol. Истцы утверждают, что прием препарата во время беременности мог привести к развитию аутизма или СДВГ у детей. Однако суд не признал эту связь доказанной — он лишь решил, что показания экспертов истцов нельзя было полностью исключать из процесса.
Для родителей разница между решением суда, предположением исследователей и установленным медицинским фактом может быть почти незаметна. Особенно когда все три вещи появляются в новостях под одинаково тревожными заголовками.
Одновременно американские власти пересматривают политику вакцинации и вновь обсуждают давно опровергнутую связь прививок с аутизмом. На этом фоне в стране растет заболеваемость корью. К 2 июля 2026 года в США зарегистрировали 2170 случаев — почти столько же, сколько за весь 2025 год. У 93 процентов заболевших не было прививки либо их вакцинальный статус оставался неизвестен.
Родителям при этом предлагают «самостоятельно изучать информацию» и принимать более осознанные решения. Но, пишет Джозеф, такой подход предполагает, что у каждой семьи есть время читать научные статьи, сравнивать методологию исследований и проверять заявления политиков. В действительности человек, который работает на нескольких работах, ухаживает за детьми и пытается записаться к врачу, вряд ли сможет провести собственный систематический обзор медицинской литературы.
То же происходит с советами кормить детей более здоровой пищей. Они мало помогают семье, если свежие продукты стоят слишком дорого или ближайший магазин находится в трех автобусах от дома.
«Когда мы предлагаем родителям делать более правильный индивидуальный выбор, но не меняем систему, которая определяет этот выбор, мы не решаем проблему — мы просто перекладываем ее на семьи», — пишет Джозеф.
Ее десятилетний ребенок недавно смотрел новости и спросил:
— Нас учили в школе, что вакцины безопасны. Почему теперь они говорят, что это не так?
У Джозеф нет нового универсального источника, способного заменить пошатнувшееся доверие к государственным ведомствам. Она советует опираться на семейного педиатра, лечащих врачей и независимые профессиональные организации, которые публикуют рекомендации на основе совокупности исследований.
Это не освобождает медицину от ошибок и не запрещает родителям задавать вопросы. Но между вопросом «на чем основана эта рекомендация?» и убеждением «никому нельзя верить» остается большая разница. И сейчас американским родителям приходится искать ее почти самостоятельно.